распечатать
СТРАДАНИЯ ИЗ-ЗА НАУКОГРАДА
 
Г. М. Хитров
 

Появление наукоградов в стране – послеперестроечное явление в России. Когда Россия как преемник СССР решила сократить государственное вмешательство во многие сферы жизни, когда раздала основные богатства в частные руки, то одной из первой в России пострадала наука, которая в подавляющей степени зависит от государственного финансирования.

Создавал наукограды СССР – это были полузакрытые или закрытые от посторонних глаз поселения, где жили и работали высококвалифицированные высокоспециализированные кадры, на подготовку которых тратились иногда десятилетия. Но началась перестройка, жизненный уровень упал, финансирование научных исследований резко сократилось. Сохранением ценного российского человеческого потенциала озаботились (конечно, не бескорыстно) даже за рубежами России. Вспомните хотя бы фонд Сороса. После того как этот дорогостоящий человеческий потенциал, эти ценные научные кадры, как гуси на зимовку, потянулись в богатые западные страны (рыба ищет – где глубже, человек – где лучше), судьбой этих научных кадров, по крайней мере, в местах их скопления и проживания озаботилось и наше родное государство. Оно стало давать поселениям, где наблюдалось обозначенное скопление, статус наукограда, что предполагало размещение некоторого государственного заказа на предприятиях, расположенных на территории поселения, и некоторые налоговые льготы местным властям для обустройства быта жителей поселения.

Раздав богатства в частные руки и почему-то не желая тратить собранную за это мзду (я имею в виду так называемый стабилизационный фонд) на нужды государства и в первую очередь на его граждан, власти решили предложить своим гражданам устраиваться, кто как может. Это не минуло и созданных этими же властями наукоградов. Трудным и лишним показалось властям придумывать для наукоградов государственные заказы, пусть это придумывает тот, у кого теперь есть деньги. А таких в государстве появилось немало. Но чтобы деньги тех, у кого они образовались, не летели за границу, власти решили придумать места в стране, где бы эти деньги могли осесть и назвали эти места особыми экономическими зонами. Созданный в этих зонах капитал (в различных его формах) должен приносить выгоду, как инвестору (капиталисту), так и властям. Вот почему вместе с законом об особых экономических зонах одновременно появился указ Президента о создании федерального агентства по управлению этими зонами. (Смотри: Федеральный закон от 22 июля 2005 г. N 116-ФЗ "Об особых экономических зонах в Российской Федерации", Федеральный закон от 22 июля 2005 г. N 117-ФЗ "О внесении изменений в некоторые законодательные акты в связи с принятием Федерального закона "Об особых экономических зонах в Российской Федерации" и Указ Президента РФ от 22 июля 2005 г. N 855 "О Федеральном агентстве по управлению особыми экономическими зонами" ).

Решение о зонах появилось не случайно – природные богатства рано или поздно оскудеют, а люди - это возобновляемое богатство, нужно только научиться правильно его эксплуатировать.

После появления упомянутых закона и указа, нужно было еще сделать привлекательными места скопления нужного человеческого потенциала, которые и можно определить в качестве особых экономических зон. Оказалось, что такими местами и могут служить созданные и создаваемые наукограды. Вот почему в наукоградах акцент с размещения государственного заказа переместился на предмет создания различных инфраструктур – социальной, инженерно-технической, внедренческо-инновационной. Собственно развитие науки в наукоградах отдается теперь на откуп инвесторам-капиталистам и властям, через агентство по управлению особыми экономическими зонами (для наукоградов из двух видов особых экономических зон – промышленной и технико-внедренческой больше подходит вторая).

Развитию событий по нарисованной схеме несколько мешает законодательство о наукоградах – оно оставляет за жителями нечто человеческое, некий элемент самостоятельности в виде местного самоуправления. Поэтому региональные власти, которые мечтают о том, чтобы денежные потоки, связанные с наукоградами, текли туда, куда им хочется, также являются противниками законодательства о наукоградах, точнее хотят отделить местную власть от наукоградовских денег.

До сих пор вопрос о деньгах наукограда никак не касался питерских властей. Но вот появился наукоград в Петергофе, который должен финансироваться из нескольких источников. Пока не появились деньги инвесторов, главными источниками финансирования наукограда в Петергофе являются федеральный бюджет и бюджет Санкт-Петербурга. При правительстве Санкт-Петербурга тотчас была организована рабочая группа, кажется во главе с вице-губернатором Тарасовым, которая должна определить, что нужно наукограду, куда должны пойти не только городские деньги, но и деньги из федерального бюджета, т.е. группа, которая должна делить деньги. Чтобы все выглядело более или менее благопристойно, в качестве статиста в рабочую группу был приглашен и глава местной власти Петергофа М.И. Барышников. Ему отводилась роль слушателя и человека со всем соглашающегося. Как только выяснилось, что Барышников может иметь свое мнение и при этом еще ссылаться на закон о наукоградах, так сразу же была предпринята попытка расколоть петергофский местный совет: предполагалось в обход Барышникова выступить от имени местных депутатов с инициативой - просить городские власти возглавить все необходимые структуры наукограда в Петергофе. Т.е. депутаты должны были просить освободить их от всякой работы и в тоже время оставить их депутатами. Напомню, что управление наукоградом лежит в первую очередь на них – «наукоград муниципальное образование со статусом городского округа …».

Все сказанное выше я узнал, присутствуя на заседании Научно-технического совета муниципального образования «Город Петергоф», членом которого являюсь. Этот совет был создан в соответствии с положением о наукоградах - наличие НТС является необходимым условием для получения городом статуса наукограда. Когда Петергоф получил статус наукограда, городские власти посчитали, что мавр (НТС) сделал свое дело, мавр может умереть. Питерским властям было бы желательно, чтобы после смерти мавра и (или) его замены, в полудохлое состояние пришла и вся местная власть (желать большего пока рановато - местное самоуправление прописано в Конституции). Нужно сказать, что питерским властям и так удалось привести местное самоуправление, путем создания соответствующей правовой и законодательной базы в крайне униженное положение. Но даже этого им кажется мало.

Не могу удержаться, чтобы не упрекнуть и муниципальные власти Петергофа – это они сознательно выбрали схему выборов в Петергофе максимально, насколько это позволяет закон, отдаляющую местную власть от населения. Я имею в виду выбор из возможностей, проводить выборы по одномандатным или многомандатным округам, было выбрано - проводить выборы по максимально возможным многомандатным округам, т.е. по пятимандатным округам. Я также упрекаю их за нежелание наладить необходимое информационное обеспечение населения - например, до сих пор не создан функционирующий петергофский муниципальный сайт. Вот и выходит: как местные власти помыкают населением, так местными властями помыкают городские власти.

Пока денежные мешки решают, кто в ближайшие 20 лет будет определять политику в планируемой технико-внедренческой особой экономической зоне (а я не сомневаюсь, что таковая будет в Петергофе создана) и кому достанется это все в наследство, жителям Петергофа остается одно – бороться за свое человеческое достоинство, т.е. за совершенствование петергофского местного самоуправления.
в начало страницы  
  Опубликовано на сайте "Местное самоуправление в Санкт-Петербурге " -
  ©ПРИОР Северо-Запад.
  При использовании информации ссылка обязательна.
  Мнение редакции не всегда совпадает с мнением авторов публикаций.